Игуменья Серафима. История поиска. Исход.

Долгожданная зима, хотя и с опозданием, пришла, как всегда, — неожиданно! Пресса привычно сообщает о снегоборьбе, а синоптики о рекордных снегопадах и грядущих арктических морозах. Вместе с тем, реставрационные работы на церковных объектах бывшего Каширского Никитского женского монастыря успешно продолжаются. Каменщики кладут второй ярус колокольни, плотники обшивают тесом поверх утеплителя купол Никитской церкви, продолжается бетонирование подпорной стены. В трапезной и алтарной части Никитской церкви – тепло, оштукатуренные стены сушатся калориферами. Со дня на день начнутся работы по укладке напольной плитки.

Одновременно с возрождением порушенных святынь, возвращается и память о подвижниках и страстотерпцах веры и благочестия, живших на Каширской земле в годы гонений на Православную Церковь. В двух номерах «Диалогов» (№49 от 6 декабря 2017 года и №5 от 31 января 2018 года) мной опубликовано начало удивительной истории поиска неизвестных страниц жизни последней настоятельницы Каширского монастыря – игуменьи Серафимы. В этой заметке новый материал на эту тему.

В соответствии с декретом Совнаркома от 23 января 1918 года «Об отделении церкви от государства и школы от церкви», монастыри и церковные общины в одночасье лишились права владеть собственностью. Всё церковное имущество было объявлено народным достоянием и, местные Советы немедленно приступили к его конфискации, а по сути, — к разграблению.

Не избежали этой участи и святые обители на каширской земле: мужской Свято-Троицкий Белопесоцкий и Каширский Никитский женский монастырь. В первом из них, разогнав монахов, власть разместила роту красноармейцев для охраны железнодорожного моста через Оку, а чуть позже вселила 50 семей рабочих железнодорожной станции Кашира. Второму же, невероятными усилиями настоятельницы Серафимы, удалось добиться статуса трудовой артели, что на какое-то время позволило сохранить монастырский уклад жизни. Однако в дальнейшем, не избавило монастырь от разграбления и неконтролируемых реквизиций. Напомню, что к началу 1916 года в монастыре было 249 насельниц.

В 1920 году на Елизавету Семеновну Ильичеву заводят дело «за укрытие церковных ценностей», но судом она была оправдана. До 1923 года ей удавалось сохранять обитель и кормиться собственным трудом: рукоделием, «стеганьем» одеял, тканьем ковров, шитьем, стиркой и ремонтом белья для красноармейцев. Продолжал действовать лазарет для раненных солдат, организованный еще во время русско-японской войны.
Подобно капитану тонущего судна, Елизавета Ильичева ушла из монастыря последней. Ее приютом стала съемное жилье в с. Лужники, на левой стороне Оки. Там еще действовала Троицкая церковь (ее закроют в 1930 г.) и священником в ней был иеромонах Александр (Ефрем Коледин), 1873 г. р., уроженец села Большое Попово Лебедянского уезда Тамбовской губернии. Он жил недалеко — в Сайгатово.

Отец Александр (Коледин) был арестован в 1937 году и по ст. 58-10 УК РСФСР приговорен «тройкой» при УНКВД по Московской области к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение на Бутовском полигоне 8.12.1937 г.

Одному Богу известно, каково ей было ежедневно видеть из Лужников стены и купола монастыря на противоположном высоком каширском берегу. Сколько раз крестила и клала поклоны, глядя на обитель, ставшую родной за тридцать пять лет пребывания в ней?! (см. фото) Надо полагать, что не случайно игуменья Серафима оказалась в Лужниках. Может быть, еще на что-то надеялась, а может потому, что была там не одна. Например, монахиня Агриппина (Грачева), 1888 г.р., пришедшая в монастырь в 1912 году, была родом из Лужников.

Грачева Агриппина, в конце 20-х годов из Лужников уехала в Москву. Была уборщицей в Знаменской церкви (2-й Колобовский пер.). Вместе с подругой монахиней «стегала» одеяла. В 1931 г. приговорена к 3 годам ссылки в Казахстан.

На свою родину, в Соколову Пустынь, бывшую «лесную дачу» каширского монастыря, что рядом с Лужниками, вернулись сестры-близнецы Корнеевы –
Александра и Мария, 1882 г. р. С ними поселилась их двоюродная сестра монахиня Назария (Екатерина Иванова), 1881 г. р., насельница монастыря с 1903 г., уроженка села Шахово Тарусского уезда Калужской губернии. Проживая вместе в маленьком домике, они зарабатывали вышивкой и пошивом одеял для кооператива «Смычка».

Корнеевы Александра и Мария, Иванова Екатерина (Назария) в 1931 г. приговорены к ссылке в Казахстан. В 1937 г. повторно арестованы по «делу иеромонаха Александра Коледина» и приговорены к 10 годам лагерей в Свердловской области. В 1944 г. освобождены досрочно и направлены в Иссык-Куль, где прожили до 1956 г.

На церковные службы в Троицкую церковь с. Лужники ходили из Каширы по понтонному мосту через Оку и другие бывшие насельницы каширского монастыря. Всего-то ходу — две версты. Среди них: монахиня Мезенцева Серафима (Александра Алексеевна), 1878 г. р., в монастыре с 1908 г., уроженка г. Козлова Тамбовской губернии и монахиня Чемыслова Васса (Василиса), 1889 г. р., уроженка д. Тимирязево Каширского уезда Тульской губернии.

Мезенцева Серафима (Александра) в 1937 г. была арестована. 8 лет ссылки.
Чемыслова Васса (Василиса) в 1933 г. приговорена к 3 годам ссылки. После отбытия проживала в Лужниках. 1 ноября 1937 г. арестована повторно. Содержалась в Каширской тюрьме.

В феврале 1924 года Елизавете Семеновне Ильичевой разрешили вернуться в свое родное село Руново Каширского района. Занималась крестьянским хозяйством и подрабатывала шитьем одеял. Сельский храм Вознесения Христова, восстановленный после пожара 1902 года при непосредственном участии семьи Ильичевых, действовал. Служил в нем о. Василий (Чернышев).
Чернышев Василий Петрович, 1888 г. р., уроженец с. Баскачи Каширского уезда Тульской губернии. После окончания Московской духовной семинарии в 1910 году получил назначение священником в с. Руново. После закрытия Вознесенской церкви в 1930 г. трудился сеяльщиком, счетоводом. В 1937 г. был арестован и приговорен к 10 годам ИТЛ, как враг народа. Скончался в Коканде 10.04.1944 г.
С началом новых гонений на церковь в начале 30-х годов (вспомним – храм Христа Спасителя был взорван в Москве в 1931 г.), Елизавету Ильичеву арестовывают 27 мая 1931 года. Ей предъявлено обвинение по ст.58-10 и 58-11 УК РСФСР (контрреволюционные преступления). На основании решения «тройки» при ПП ОГПУ Московской области от 10 июня 1931 года, Ильичеву Е.С. приговаривают «к заключению в исправительно-трудовой лагерь сроком на пять лет, с заменой на высылку в Казахстан на тот же срок, считая с 27 мая 1931 года» с полной конфискацией имущества.
………………………………………………………………………………………………
Постановлением Президиума Мособлсуда №2424 от 21 ноября 1958 года Постановление тройки при ПП ОГПУ Московской области от 10 июня 1931 года отменено, в т. ч. в отношении Ильичевой Елизаветы Семеновны. Дело за отсутствием состава преступления производством прекращено.
Вот то новое, что удалось узнать о последней настоятельнице Каширского Никитского монастыря игуменье Серафиме и, при этом, — я выражаю особую благодарность генеральному директору ООО «С.К.-РЕСТАВРАТОР» Владимиру Владимировичу Семину за содействие в поиске.

Использованные документы:
1. Архивная справка №872-Т от 21.02.2018 г. ГА РФ, ф.10035, оп.1, д. П-59460.
2. Архивные документы ГАТО, ф.3, оп.10, д.4879., д.2549.
3. Прихожане каширских храмов, пострадавшие за Веру Православную в годы лихолетья.
Кн.2. Кашира, ООО «Светоч», 2012.
4. Книга памяти жертв политических репрессий Каширского района. Кашира, 2008.

Эта заметка опубликована в каширской газете «ДИАЛОГИ» № 9 от 28.02.2018 г.

Метки: , , ,

Поделитесь в соцсетях:

Автор - Александр Горелов

Известный Каширский краевед, историк, спортсмен, рыбак, турист. Автор многих книг, буклетов и несметного числа публикаций о родном крае. Часто выступает с докладами, лекциями. Инициатор сохранения многих памятников старины в Кашире.

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *